РЖД-Медицина Белгород

Этот приём был одним из самых тяжёлых и унизительных медицинских опытов в моей жизни. Я пришла к психиатру с тяжёлым состоянием и прямо сказала, что у меня есть суицидальные мысли. В ответ врач насмехнулся и с иронией сказал: «О, так у нас ещё и суицидальные наклонности». Когда я рассказала о препаратах, которые принимаю, о том, почему они были назначены и как действовали, врач снова смеялся и говорил: «А зачем тебе столько?», не вникая в историю лечения и показания. Сказал, что все те препараты мне не нужны и их нужно отменить. Но на самом деле резко отменять такие препараты очень опасно. Я также рассказала о насилии в детстве и о пережитом опыте войны. Врач заявил, что «прошло много лет и неясно, почему я до сих пор об этом думаю», и сообщил, что у меня «неправильное восприятие мира». Я спросила, значит ли это, что я могу просто перестать думать обо всём этом. Врач ответил «да», добавив, что «нормальные люди умеют контролировать свои мысли». Также были сделаны некорректные и непрофессиональные выводы о моих отношениях с партнёром, включая утверждение, что если мне бывает плохо рядом с близким человеком, значит, я его «не люблю». Врач отрицал существование суицидальных мыслей у детей и обесценивал мой опыт, апеллируя к своему стажу и образованию вместо клинического анализа. Считаю подобное поведение недопустимым для специалиста в области психического здоровья и потенциально опасным для пациентов в уязвимом состоянии.