Прибыткова Марианна Олеговна

Моя мама проходила у Прибытковой лечение дважды: в 2022-2023гг (первичный случай рака пищевода) и в конце 2024 по начало 2025 года (рецидив). 2 стадия. Ничего не могу сказать по поводу первичного случая, ибо я обычно ждала мать снаружи, она была тогда ещё более или менее бодрой. А во время рецидива я уже заходила с ней в отделение, ибо ей сложно было передвигаться. И честно говоря, меня многое смутило. Во-первых, Врач настоятельно запретила ставить капельницы после химиотерапии, мотивируя это тем, что они “вымывают химию”. На замечание, что при первичном лечении, в другом отделении, те же препараты сопровождались промывкой — врач отмахнулась, не вступая в диалог, и отметила, что «родственникам вообще сюда нельзя». При этом мама была в крайне ослабленном состоянии: падающий вес, опухоль неоперабельна, интоксикация сильная. Поддерживающая терапия (глюкоза, физраствор, витамины) помогала улучшить общее самочувствие до химии. Врач, по сути, не ориентировалась на индивидуальное состояние пациента, а строго следовала формальной схеме. Во-вторых, при пониженном гемоглобине она посоветовала пить матери железо в жидком виде, а именно препарат Тотема. Учитывая, что у нее была в пищеводе опухоль и что она кровоточила, железо сильно обожгло ей место опухоли и мать не могла больше суток пить даже обычную воду. И это человек, который катастрофически худеет. Это грубейшая ошибка, которая могла бы быть предотвращена, если бы врач назначила железо в капельницах или уколах. В-третьих, мама прошла три цикла химии. Из-за новогодних праздников второй цикл был сдвинут. Перед третьей капельницей химиотерапии мама переживала из-за возможных отклонений в анализах. Однако врач даже не взглянула на результаты и просто отправила на процедуру. Это оставило ощущение работы по принципу “главное — завершить курс”, без полноценного контроля за состоянием пациента. В-четвертых, химиотерапия сильно повредила вены, особенно на фоне резкой потери веса. Врач не сообщила о риске венозных осложнений и не предложила установку порта. А о подобном мы узнали уже слишком поздно, когда у матери практически пропали все вены и она постепенно умирала от интоксикации. В-пятых, Состояние химиотерапевтического отделения оставляет желать лучшего. Медсестры не обрабатывают руки перед капельницами, пациенты лежат одни в палатах и по несколько минут не могут докричаться, чтобы к ним кто-нибудь подошёл. Раздевалка находится в подвальном помещении с кривыми ступеньками - для больных сложно по таким передвигаться. Вход в отделение не оборудован перилами. Доктор Прибыткова, на мой взгляд, — врач с формальным, негибким подходом. Я не могу рекомендовать этого врача пациентам, которым требуется вовлечённость, возможность диалога, клиническая гибкость и человечность. Отсутствие этих качеств, к сожалению, стало одним из факторов, усугубивших состояние моей мамы.