Лебенштейн-Гумовски Михаил Владимирович

В медицине, к сожалению, отзывы о врачах и результатах лечения имеют эмоционально окрашенное повествование: от восторженных эпитетов до гневных реплик иногда с использованием ненормативной лексики. Дабы не быть в ряду очередных рядовых пациентов, пишущих отзывы Вашему вниманию, предлагаю свое видение о работе нейрохирурге и свое видение об организации лечения моего заболевания. Я, пенсионерка, "в прошлой жизни" врач-хирург. Во времена СССР мой отец длительный период времени возглавлял областную систему здравоохранения. В моей семье (родители, братья и сестры) 9 медицинских работников, есть доктор и кандидаты наук. Мой супруг (не медик) также в определенный период времени руководил в Кабинете Министров Туркменистана структурой, курирующей социальный блок. У отца и у супруга были свои методы оценки труда людей в белых халатах. Остальные члены семьи – медики как проходили через процедуры аттестации, аккредитации и различные проверки и комиссии, так и были членами комиссий по проверке качества работ своих коллег. В своем отзыве с высоты своего жизненного опыты и медицинских знаний я постараюсь дать объективную оценку работе доктора и медицинского учреждения, где меня оперировали 28 апреля 2026 года в нейрохирургическом отделении НИИ скорой помощи имени Н. В. Склифосовского. Методология проведения предварительной оценки по четырем аспектам (функциональный, информационный (качественный), динамический и экономический). Эта методология в нашей семье используется при анализе и решении любых событий и связанных с медициной в том числе. Теперь о моих проблемах (травматология и ортопедия). В юности я играла в волейбол и баскетбол на достаточно хорошем уровне. Мое стремление к успеху в спорте, к сожалению, не обходились без травм, которые дали накопительный эффект в купе с процессами естественного физиологического старения женского организма довольно рано - при достижении мною возраста 40-42 лет. Мне были проведены две операции по удалению менисков (2005 и 2006 годах). Затем последовал весьма длительный период консервативного лечения по прогрессирующему искривлению позвоночника. Я была постоянным пациентом у неврологов, травматологов, физиотерапевтов сотрудников ЛФК в основном по линии ДМС и нередко при самофинансировании. Всего шесть госпитализаций. Негативная динамика была на лицо, но мне было непонятно, почему врачи на мои вопросы по четырем аспектам отвечали только на четвертый аспект (экономический). Каждое лечение и назначение медицинских работников несмотря на мои настойчивый вопрос: что потом, оставались без внимания. В феврале 2024 года в ЦИТО мне сделали операцию на позвоночнике. К сожалению, все потом пошло по старым алгоритмам. Первичное облегчение на 3-4 месяца, затем наступил период постепенного ухудшения. В сентября 2024 года и июне 2025 года я обследовалась в Германии – в результате они подтвердили высокий профессиональный уровень специалистов ЦИТО. Предложили продолжить проводить консервативное лечение. На все вопросы по четырем аспектам была болезненная реакция. Такая же реакция была в двух ведущих медицинских центрах Москвы (по ОМС), имеющих богатый опыт в нейрохирургии. Был даже совет (устный) полюбить коляску и ценить родных и близких. Все развивалось по алгоритму А.И. Райкина – юмореска о претензии к швейному ателье к сшитому пальто. К пуговицам и материалу претензий нет, но носить пальто нельзя. У врачей есть протоколы, регламенты – у меня не очень радужные перспективы. Несмотря на ухудшения моего состояния (в апреле 2026 года я уже не могла самостоятельно сдвинуть правую стопу из положения стоя) с этим «приговором» я жила, но не смирилась. Самостоятельно изучала вопросы применения экзоскелетов, измучила системы ИИ (искусственного интеллекта) своими запросами. Не пропускала ни одного занятия по ЛФК по программе «Московское долголетие» для пенсионеров с ограничениями с опорно-двигательного аппарата. Если в апреле 2024 года я, используя скандинавские палки могла пройти 1500 шагов без отдыха, то в феврале 2026 года и 150 шагов не могла сделать без длительной передышки. Ввиду ухудшения моего состояния я добилась и по ОМС, и по ДМС проведения дополнительных исследования – МРТ. МРТ показала образование новой кисты, усугубляющее работы позвоночника и нервных окончаний нижних конечностей. Ввиду новых изменений я провела длительный период (с октября 2025 года по апрель 2026 года) по организации по линиям ОМС и ДМС получения квалифицированной консультации в одном из ведущих нейрохирургических центров Москвы. Полагаю, что было немало отказов. Только 08 апреля 2026 года я оказалась на приеме у доктора М.В. Лебенштейн-Гумовски. По личному опыту помню, что на приемах у медицинских работников бывают пациенты двух категорий: 1. У которых есть осознанное понимание (знания и опыт) своих проблем со здоровьем и потребность в лечении и 2. У которых есть потребность в лечении, но нет осознание как это надо сделать. Я сразу поняла, что доктор открыт для диалога с пациентом и который объективно оценивает состояние пациента. Мне было очень приятно увидеть, что доктор ещё до самого приема внимательно изучил все документы по ЕМИАС и не только. Доктор внимательно выслушал меня, при этом он сказал, что любая дополнительная информация будет ему полезна при диагностировании. Затем были даны несколько вариантов решения проблемы – лучезарных или мрачных прогнозов не было. Был разговор о современных возможностей НИИ, и что положительный результат возможен лишь при обязательном соблюдений пациентом всех назначений докторов. Я, врач-хирург, ранее оперировавший в основном экстренных больных, в-первые в своей жизни получила ответы на все свои вопросы. 1. Функциональный аспект – дана объективная оценка моего текущего состояния с учетом моих хронических заболеваний и физиологии женского организма в 65 лет (остеопороз, диабет и т.д.). Показаны несколько путей решения лечения. 2. Информационный (качественный) аспект - доктор меня проинформировал о всех плюсах и возможных рисках, каждого из путей решения проблемы и оптимального выбора как проведения операции и после операционного периода. Все возможные риски очень доходчивой форме были мне разъяснены. Он сказал, что вся имеющаяся у него информация будет безусловно проанализирована совместно с коллегами и будет вынесено окончательное квалифицированное решение. 3. Динамический аспект – когда консилиум примет решение и в какие сроки. Если операция будет проведена по одному из вариантов, то дана была информация по каждому варианту послеоперационного режима восстановления. Дана была информация по контролю моего послеоперационного состояния в краткосрочной и среднесрочной перспективе. 4. Экономический аспект – показаны пути по оптимальному пути приобретению вспомогательному медицинскому инвентарю и приобретению лекарственных средств. Через несколько дней было принято решения о проведении операции. За мной закрепили куратора – Максим Артурович, к сожалению, не знаю его фамилии. Вся подготовительная работа к операции была под контролем куратора. За четыре дня до госпитализации была проведена заключительная консультация о основном варианте проведения хирургической операции. Была ясная информация о будущих действий нейрохирургической бригады. Итог: информация о любой хирургической операции – это сильное эмоциональное воздействие не только на бригаду медиков, но и немалое потрясение для пациента. В первые в моей жизни только на 15-ой операции у меня было полное осознание того факта как меня оперируют и что меня оперируют квалифицированные специалисты. Я в первые шла на операцию с надеждой на Бога и с уверенностью, что бригада нейрохирургов сделает всё с высоким качеством. Средний возраст моих врачей был младше возраста моих детей, но у меня ни на секунды не было впечатления, что я доверила свою жизнь молодым неопытным специалистам. Такой результат, я полагаю, невозможен без кропотливой совместной работы всех сотрудников нейрохирургического отделения, где постоянно совместно совершенствуют свое мастерство нейрохирурги. Спокойный взвешенный стиль общения специалистов с пациентами был для меня большим откровением. Могу только пожелать, чтобы такая организация работы с пациентами была бы доведена на достойном уровне до широкого круга нейрохирургов. Я очень рада. Что я попала на консультацию чудесному доктору – Михаил Владимировичу Лебенштейн-Гумовски. Желаю ему крепкого здоровья и успехов в его нелегком труде. С уважением, Эминова Джерен Реджеповна

Я 1974 г.р. Более 2-х лет меня беспокоили систематические боли в области шейного отдела позвоночника. Несколько раз наступало обморочное состояние, слабость, чувство тошноты. В Июле 2024г. потерял сознание, находясь в спокойной домашней обстановке. После этого, диастолическое давление было выше нормы на 30-40 едениц. ( 120-110 мм.) Ощущение недостаточности кислорода. Состояние ' под шафэ" - и при чём постоянное... и прочие связанные с этим 'радости'. После того как Я самостоятельно сделал МРТ шейного отдела, отправил содержимое диска с данными Михаилу Владимировичу. И в течении 1-2 дней он связался со мной, и объяснил, что требуется хирургическое вмешательство. И чем скорее- тем лучше. Операция была сделана 20. 08.24г. Ламинопластика С 4, С 5, С 6 позвонков. Состояние моё,после операции- великолепное ! Михаил Владимирович ОЧЕНЬ образаванный и умелый нейрохирург ! На все мои вопросы грамотно и терпеливо отвечал, давая развёрнутое описание всех интересующих меня вопросов. Очень приятно, что есть такие специалисты! Михаил Владимирович- за Вами будущее нейрохирургии ! Весь Склиф- это образец для многих больниц России!!! Ребята- вы все СУПЕР КОМАНДА! ТАК ДЕРЖАТЬ! И спасибо Вам огромное за многие, многие спасённые жизни!