Отзывы о ММКЦ Коммунарка

Хочу выразить огромную благодарность и признательность, за спасение моего супруга Перепелова А.,Анне Сергеевне, врача с чутким сердцем, обладающего большим профессионализмом! Спасибо большое Вам, Анна Сергеевна!Здоровья Вам и всему коллективу отделения кардиологии!

Видимо все положительные отзывы на этого горе доктора накрученные, но я была в невероятном шоке от того, насколько онколог, человек который сознательно выбирает такой сложный профиль (в особенности психологически сложный) может быть настолько грубым, безучастным, абсолютно бестактным, хамоватым, лишенным всякой эмпатии и человечности. Такие люди не должны работать с людьми, а тем более в такой сфере. Абсолютно не рекомендую!!! Если вы хотите сохранить положительный настрой и брать курс на выздоровление, обходите не кабинет стороной !!!

Не советую данного « врача» не ответил ни на один вопрос ,

Моя мама попала в терапевтическое отделение больницы в Коммунарке. Лечащим врачом и заведующей была Елена Вячеславовна Пирожникова. К сожалению, опыт общения с этим врачом оказался для нашей семьи трагическим. К тяжелым пациентам врач относится без должного внимания и участия. Вместо того чтобы сосредоточиться на состоянии моей мамы и принимать решения, соответствующие тяжести ситуации, складывалось ощущение полного безразличия. Врача больше интересовал тот факт, что ранее мы обращались в другую клинику. Постоянно звучали вопросы и замечания на эту тему, хотя в тот момент единственное, что имело значение, — спасти человека. Такое отношение к коллегам и пациентам, на мой взгляд, совершенно не соответствует принципам врачебной этики. Самый страшный момент произошел в последний день жизни моей мамы. Она уже находилась на кислородной поддержке, ей становилось все хуже, ей было тяжело дышать. Она сама говорила, что ей плохо, просила помочь, была готова на перевод в реанимацию и проведение ИВЛ, лишь бы ей помогли. Я никогда не забуду, как врач просто стояла рядом и практически ничего не предпринимала. Вместо того чтобы незамедлительно вызвать реанимационную бригаду, решение было принято только после того, как я сама настояла на этом. Для меня это стало настоящим шоком. Когда родственник пациента вынужден просить врача вызвать реанимацию человеку, который задыхается, возникает закономерный вопрос: почему это не было сделано раньше? У меня было ощущение полной беспомощности и равнодушия со стороны человека, которому доверили жизнь пациента. В такие моменты врач должен бороться за человека до последнего, а не молча наблюдать за ухудшением его состояния. Если вам нужен врач, который будет внимательно следить за состоянием тяжелого пациента, быстро реагировать на изменения и бороться за него — вам точно не к этому специалисту. Очень надеюсь, что руководство больницы обратит внимание на подобные ситуации и проведет объективную оценку качества оказанной медицинской помощи. Потому что для пациентов и их семей цена таких ошибок и промедлений может оказаться непоправимой.

Спасиба ему огоромное за Бабушку за операцию чуткий добрый очень хороший спецалист кода мая бабушка после операции подходил каждую минуту и помогал огромное мечта по везет я ему поводу почему помощь очень нужна руки от бога окромных таких людей очень блогодарна

Очень опытный и внимательный хирург - онколог. Врач от бога.

Я нечасто пишу отзывы, тем более такие подробные. Но эту ситуацию я не смог оставить без внимания. Возможно, мой опыт окажется полезен тем, кто в будущем может оказаться в похожей ситуации и будет искать помощи у профильного специалиста. Текст получится длинным, однако без деталей здесь невозможно объяснить, почему консультация оставила у меня такое тяжёлое впечатление. Сразу отмечу: я понимаю ответственность за публичный отзыв и за каждое своё слово. У меня нет цели кого-либо оклеветать, опорочить или исказить факты. После консультации меня задел не только итог, но и сам подход к моей ситуации. Поэтому я принял решение изложить произошедшее по существу, без лишних эмоций и искажений. Также уточню: консультация проходила не в платном медицинском центре, где также работает Сергей Владиславович, а на базе Многопрофильного клинического центра «Коммунарка», где он является заведующим кафедрой урологии и андрологии. Это важно для понимания контекста, потому что дальше я отдельно коснусь того, какое ощущение у меня осталось от формата этого приёма. Я обратился к Котову Сергею Владиславовичу не из любопытства и не с формальным вопросом. Моя ситуация связана с врождённым искривлением, двумя операциями в 2018 и 2020 годах, отсутствием полноценного результата, рецидивом по одной из проблем, сохраняющимися жалобами и влиянием всего этого на качество жизни. До обращения я заранее изучал тему и вышел именно на Сергея Владиславовича, потому что нашёл его работу по методике заместительной корпоропластики с использованием трансплантата слизистой оболочки щеки. После двух уже перенесённых операций я хотел попасть не просто на обычную консультацию, а к специалисту, который действительно занимается подобными случаями и сможет оценить, есть ли у меня реальный хирургический вариант. Я написал Сергею Владиславовичу лишь одно письмо на личную почту, указанную в его публикации и на личном сайте. Я не обращался в разные больницы, не пытался “выловить” врача и не добивался консультации обходными путями. После моего письма со мной связался врач с клинической базы кафедры урологии, где преподаёт Сергей Владиславович. У него я проходил предварительные консультации и обследования, следовал предложенному маршруту и ждал консультации уже с самим профессором. В общей сложности ожидание заняло почти семь месяцев. Я понимаю, что врач не обязан оперировать пациента только потому, что пациент этого хочет. Я не ждал гарантий и не требовал операции любой ценой. Мне было важно другое — получить на консультации профессиональный разбор: возможна ли операция, подходит ли мне методика, какие есть варианты и какими могут быть последствия. Но по факту консультация довольно быстро ушла не в хирургический разбор, а в сторону моего психологического состояния. Насколько я помню, Сергей Владиславович сам упомянул, что он не психолог и не психотерапевт, чтобы оценивать меня в этом смысле. Но при этом дальнейший разговор, по моему восприятию, во многом свёлся именно к этому. Для меня принципиально важно, что речь не шла о проблеме, которую вижу только я. В медицинском заключении после осмотра указано латеральное искривление влево около 30 градусов. То есть физическая проблема была зафиксирована не только с моих слов, а в самом заключении. И вот здесь начинается главное противоречие. Несмотря на то, что в заключении описано объективное искривление, итоговая оценка фактически смещается не на саму деформацию и не на разбор возможного результата операции, а на то, что причина моей неудовлетворённости находится во мне — в моём восприятии, “гиперфиксации” на искривлении и элементах дисморфофобии. Дисморфофобия не просто прозвучала в разговоре как один из возможных моментов. Она была внесена в письменное заключение и фактически стала центральным объяснением того, почему операция может привести к неудовлетворительному результату. Пациент действительно может остаться недоволен результатом операции. Но в моём случае это прозвучало не как обычное предупреждение о риске, а так, будто неудовлетворительный результат уже заранее ожидаем и заранее объяснён моей “гиперфиксацией” и дисморфофобией. И тогда возникает закономерный вопрос: где роль самой операции, выбранной методики, опыта хирурга и качества вмешательства? Операцию выполняет врач, а не восприятие пациента. Поэтому для меня странно, когда ещё до вмешательства неприемлемый результат выглядит не как риск, который нужно обсудить, а как почти заранее заданный исход, ответственность за который фактически переносится на пациента. Отдельно хочу сказать о самом формате беседы. У меня осталось стойкое ощущение, что мне почти не дали возможности полноценно высказать своё мнение и объяснить свою позицию. Большую часть времени говорил врач. Моя позиция, мои ожидания и моё отношение к проблеме по сути не были услышаны и не стали предметом нормального обсуждения. Только ближе к концу я смог коротко сказать, что результат предыдущей операции действительно получился плохим и это заметно визуально. Мне было важно не “обсуждать чужую работу” ради критики другого врача, а объяснить, с каким конкретно результатом я живу сейчас и почему считаю проблему объективной. В ответ разговор ушёл в сторону того, что нельзя оценивать чужие операции. Я понимаю профессиональную этику и нежелание комментировать коллег. Но я пришёл не за оценкой другого хирурга как личности, а за разбором моего текущего состояния после уже проведённого вмешательства. Именно этот результат и был причиной моего обращения. В итоге главный для меня вопрос остался без ответа: можно ли это исправить и каким способом. Формально консультация не была прямым отказом. Скорее это прозвучало так: операцию теоретически сделать можно, но сначала мне нужно обратиться к психологу или психотерапевту, а уже потом возвращаться к вопросу хирургического лечения. Да, я действительно кивнул в тот момент, когда это было сказано. Но это не было согласием с такой оценкой моей ситуации. Я понимал, что разговор уже сворачивается, времени на обсуждение по существу не остаётся, а меня фактически поставили в положение, где вместо разбора самой физической проблемы мне нужно сначала доказывать, что дело не только в моём восприятии. Операцию выполняет врач, но жить с её результатом потом будет именно пациент. Поэтому для меня как пациента важно, чтобы моя позиция была услышана заранее: чего я ожидаю от вмешательства и какой результат считаю для себя приемлемым. Если человек идёт на повторную операцию после уже неудачного опыта, для него естественно хотеть не просто “какого-то вмешательства”, а понятного и заранее обсуждённого результата — с учётом возможных рисков и вероятности рецидива. Для сравнения: я был на консультации у другого специалиста, который тоже осмотрел мою ситуацию. Он объяснил, что можно попытаться выполнить мои ожидания, предупредил о возможных рисках и последствиях, но прямо обозначил, что не готов делать такую операцию бесплатно по ОМС или ДМС. И к такому подходу у меня нет претензий. Это честная и понятная позиция врача. Здесь же меня задел не сам факт возможного отказа и не отсутствие обещаний. Меня задело то, что вместо предметного объяснения моя проблема была переведена в плоскость психологического восприятия. Отдельно не могу не отметить ещё один момент. Сергей Владиславович работает в том числе в клинике высокого уровня, где консультация у профессора, насколько мне известно, стоит значительную сумму. Я не могу утверждать, как проходила бы консультация в другом формате, но как пациент не могу отделаться от ощущения, что если бы аналогичный разговор происходил на платном приёме в такой клинике, с пациентом вряд ли стали бы разговаривать в таком ключе. Я считаю, что пациент вправе хотеть решить свою проблему хирургически и искать врача, который готов с этим работать. А врач, в свою очередь, вправе либо согласиться, либо отказаться выполнять такую операцию. Но тогда, на мой взгляд, честнее сказать прямо: “я не готов это делать”. Такой отказ я бы смог принять. Но когда вместо прямого отказа или предметного медицинского объяснения разговор сводится к тому, что пациенту сначала нужно разбираться со своим восприятием, это воспринимается уже не как медицинская позиция, а как обесценивание проблемы. Да, ситуации бывают разные. Даже если врач считает проблему эстетической или внешне “некритичной”, это не значит, что её можно обесценивать. Эстетическая или интимная проблема всё равно может сильно влиять на качество жизни, отношения, самооценку и внутреннее состояние человека. Фраза “с этим можно жить” в такой ситуации звучит очень оторвано от реальности пациента. Теоретически можно жить с чем угодно. Но вопрос не только в физическом существовании, а в качестве жизни. Человек живёт среди других людей, строит отношения, сталкивается с близостью, с оценкой, с собственным телом каждый день. Если проблема влияет на самооценку, это не значит, что она существует только “в голове”. Самооценка не формируется в вакууме. Всё, чего я ожидал, — это чтобы мой случай разобрали по существу: с медицинской точки зрения, с объяснением вариантов вмешательства и возможных последствий. Вместо ожидаемой помощи я ушёл с ощущением, что мою проблему не просто обесценили, а меня самого по-настоящему унизили, фактически сведя всё к тому, что проблема якобы не столько в физической ситуации, сколько во мне и моём психическом состоянии.

моя мама лежала в 2004 году в гкб 40. ее вел и назначал обследования и операцию данный врач . После проведения операции были много осложнений, включаю лигатурные швы. какие препараты купить маме , говорил и писал заведующий отделением. Очень плохо обьесняет.С ним мне было тяжело. а один раз вообще разнимала врача и маму. потом мы каждый год лечились от последствия данной операции в других больницах. А в 2016 году мама умерла от рака головного мозга.

Проходите стороной данного «врача», абсолютно не понимает диагнозов, не может правильно подобрать лечение, каждые препараты дают только ухудшение. Хожу и не понимаю, где учился данный «специалист». Выбирайте других врачей. Просто потраченное время, нервы и никакого толку!!!

Выражаю благодарность врачу-хирургу Оразов Ораз Курбановичу за проведенную операцию. Особо хочется отметить его префессианализм,чуткость,внимание и золотые руки.Этот врач вызывает даверие

Огромное спасибо врачу торакального отделения 5.1 Терехову Юрию Георгиевичу за внимательное отношение и прекрасно проведение исследование. Ужасно боялась . Успокоил, объяснил как проводится исследование , хорошо обезболил и исследование прошло спокойно.Еще раз ОГРОМНОЕ СПАСИБО !

Оперировалась у Дениса Юрьевича год назад,по поводу удаления паращитовидной железы. Очень прекрасный хирург,добрый,ответственный,пациенты для него-люди))) Помню его спустя год.....Это тот случай,когда человек с большой буквы ВРАЧ и на своем месте.Желаю вам крепкого здоровья))))Очень благодарна Вам)))

Я просто в шоке была . [Фрагмент отзыва удален модератором] Меня отправили после КТ на консультацию по поводу обнаруженного образования в поджелудочной железе. С 2016 стою на диспансерном учёте в онкологическом центре N 4 с полицетамией. Очень грубое и агрессивное поведение врача , время приема было ощущение что я на митинге протеста по поводу того , что заработать здесь нельзя , сколько не работай . Вот там... Короче , вместо обсуждения моей проблемы , медицинской , я выслушала на повышенных тонах , как хорошо зарабатывают в штатах и ЕС. Даже предложила доктору попробовать , чтобы как то снизить накал ,нарвалась ещё на большую атаку , что не понимаю ничего , как там сложно диплом подтвердить и т д. Вообщем, наконец доктор за последние 5 минут , именно , вспомнил о цели визита . И только мельком посмотрев мою карту и КТ сначала рассказал , что это "ужас ужасный ", т.к. образование в теле , и удалять это меня " порубят " , а биопсия там очень сложная , ни анализы крови на маркеры ,нет , в очень грубой форме страшные картинки по поводу моей язвы в прошлом году прямой кишки и что я " могу " получить трубку в животе как заочный рак уже и т.д. В результате сообщил что отправит мои данные на консультацию сделать эндоузи и " идите и ждите звонка " . Всё очень резко , в хамской манере с раздражением , прям хотелось извиниться , что я побеспокоила своим визитом , голова у доктора занята не лечением больных . Много видела , к счастью , хороших врачей, и равнодушных тоже встречала . Это просто профнепригодность , я не об эмпатии и милосердии , а об элементарной этики врача в общении с больным , который ждёт помощи 🙏. Дикость позиции , мало платят , поэтому я Так отношусь к работе , нелепа . При трудоустройстве человек берёт на себя обязательства Хорошо выполнять свои профессиональные обязанности . [Фрагмент отзыва удален модератором] И это полный бардак в руководстве отделением , кто и как у вас работает, отношение к больным . Думаю , что пренебрежение к лечению и дискредитация политики государства в улучшении качества медицинских услуг требуют разбирательства на более высоком уровне , так разрекламированного медицинского центра в Коммунарке . Но суть то не огромном здании и оборудовании , вложены миллиарды , для чего ? Чтобы людям помочь , Лечить ! Не думаю , что мой случай единственный . И это не " плохое настроение " врача , это позиция .

Несмотря на отличнейший отзывы тут об этом враче,какой он замечательный и супер и добрый и вообще,лапочка))),увы,истина и правда,дороже!Купившись на эти хвалебные отзывы,отправилась на прием к нему и только зря время потратила.Ничего,кроме нового КТ вообщем то не получила,а ещё подтверждение онкологии в желудке,опухоль выросла 10мм,голова немного стала чуть кружится на доли секунды.Я жаловалась врачу,что ,где раньше я лечилась в Коммунарке,ушла,из-за некомпетентности и наплевательство врача Бондяс Анны Васильевны,и что я не могу больше проходить биопсию уже толстой игрой ,наркоз у меня вызвал побочку и мне не хочется в реанимацию или на Тот свет,однако,этот Горюнов мне ничего не назначал,хоть и выслушивал,ну беседовал,ну общался убеждал,а на последнем приеме выдал,что договорился о Коммунарке ,на биопсию,после КТ и всех моих жалоб!В то же отделение!Это что вообще,наплевать вообще?!Никаких препаратов до биопсии не назначил,не рекомендовал,так ходи,пусть голова кружится хоть умирай медленно🤬.Такой же,как та Бондяс А.В.,которой вообще место в […] ,а не в онкологии.Игнорирование жалоб пациента,а этой травмирующей биопсии разве не заменить нечем,тем более КТ уже все показало.Нет,уж рисковать и […] я себя не дам.Да,считаю,что в больнице Коммунарка […] людей в ЦАОП ,где зав.ШестаковАА.