Гусейханова Эльмара Абдурахмановна

Вчера, перед операцией по удалению лимфатического узла хирургом-онкологом, который уже проводил сложную онкологическую операцию в этой клинике, я, уже госпитализировавшись, должна была получить разрешение на операцию кардиолога и терапевта. Однако терапевт Гусейханова Эльмара Абдурахмановна превратила формальный прием в безобразный скандальный спектакль. С первых слов она горделиво сообщила, что является "врачом, который много говорит", причем вот уже 32года. И она и впрямь начала говорить. В нонстопе. Причем, слышит она только себя, по непостуалируемому, но откровенно демонстрируемому принципу "я врач, а ты дурак", нарциссически упиваясь этим, что, на мой взгляд, может являться клинической психической патологией. Она задавала вопросы, однозначно лежащие вне зоны ее компетенции как медицинского специалиста, собирая мой подробный онкологический наследственный анамнез, гинекологический анамнез, включаещий даже вес ребенка, рожденного мною десятилетия назад. Все это подробнейшим образом наличиствует в моей карте. Я долго отвечала, сдерживаясь и буквально сжав зубы, пока это тотально не перешло как временные границы, так и границы остатков здравого смысла. Моя операция была назначена на 10ч утра, я ей напомнила об ограниченном времени. Она на высокой ноте сообщила, что в отличие от других врачей, которые "молчат", будет выполнять свой долг так, как считает нужным. Когда она по новому кругу в 4й раз спросила, был ли у меня ковид, и с апломбом заявила, что стабильные фиброзные изменения в легких -- это несомненно его следствие и что 1 раз! в год мне следует делать КТ, я не выдержала, и уже повысив тон, сообщила, что будучи онкологической больной делаю КТ каждые 3 месяца, что пневмониями болела до всяких ковидов, и что не нуждаюсь в ее нелепых рекомендациях. Закатив глаза, она стала на взвизге вопрошать, кто меня настроил против нее, кто именно мне говорил про нее гадости. Видя, что прием терапевта для получения разрешения на операцию превратился в затянувшийся нелепый фарс, я не выдержала и сообщила, что намерена написать жалобу, а также потребовала пригласить начальство. Быстро смекнув, что надо оперативно брать ситуацию в свои руки, Гусейханова театрально выскочила в коридор с телефоном распахнув дверь, и там начала громко и истерично кричать, что у нее на приеме ужасная, агрессивная пациентка, которой она боится! ( зачем для этого было выбегать в коридор? она явно хотела, чтобы я ее слышала, но заодно решила поразвлечь своими ламентациями максимальное количество народу, для зрелищности). Она на всхлипе кричала, что ей-де надо провести физикальный осмотр, но, исходя из контекста ее воплей выходило, что я то ли кусаюсь, то ли дерусь, короче, она боится и не может делать это в одиночестве. Пришел мой хирург. Это не положило конец ее исходно заявленному дару неумолкаемого красноречия, она продолжала кричать, что я обязана иметь к ней уважение как к врачу и всему, что говорит априори ( на вопрос, обязана ли она уважать пациента, Гусейханова лишь злобно сверкнула глазами), она с весьма патетичной артикуляцией сообщила также, что является "очень хорошим врачом", все 32 года, что выглядело изрядно комично Подобный самопозиционирующийся "очень хороший врач вот уже 32 года", на мой взгляд, не может работать в платной клинике в принципе. -- Ответить